АНАЛИТИКА

У России нет выбора на постсоветском пространстве

Россия смотрит на происходящее в республиках бывшего СССР с самым пристальным вниманием и тревогой, а общество ищет ответ на вопрос, что же нам делать со всеми этими проблемами

Постсоветское пространство, оно же ближнее зарубежье, все сильнее трясет — к шестилетнему и пока что замороженному конфликту в Донбассе за  пару месяцев добавились кризис в Белоруссии, потом война между Арменией и Азербайджаном в Карабахе, а теперь вот и послевыборная смута в Киргизии.

А в воскресенье пройдут президентские выборы в Таджикистане, однако там для правящего почти 28 лет Эмомали Рахмона потрясений не ожидается: возврата к гражданской войне первой половины 90-х не хочет никто.

Но вот в Молдавии, где 1 ноября будут выбирать президента, результаты выборов могут спровоцировать волнения, потому что слишком многих в ее элите не устраивает ориентация президента Додона на Россию.

Сама Россия смотрит на происходящее в республиках бывшего СССР с самым пристальным вниманием и тревогой, а общество ищет ответ на вопрос, что же нам делать со всеми этими проблемами: отстраненно наблюдать, активно вмешиваться, работать на упреждение?

Нет недостатка в критике и даже панике: все проиграли, все потеряли, на нас давят по всем направлениям и вытесняют отовсюду, лезут американцы, европейцы, турки, китайцы…

Доколе мы будем жить без стратегических планов, только обороняясь? Бездарный МИД, бездарный Кремль, бездарные элиты трусят, думают только о своих шкурных интересах, несут какую-то чушь о невмешательстве, вместо того чтобы давить по всем фронтам и выращивать пророссийские элиты в бывших советских республиках!

Подобные стенания хорошо читаются — точно так же, как пять-шесть лет назад прекрасно читались бесконечные «Путин слил» или «вот-вот сольет» про Донбасс. Хотя и тогда было понятно, что Крым и Донбасс это не конец, а начало нового этапа борьбы за Украину как таковую.

Но с кем и чем мы боремся — и на Украине, и на всем постсоветском пространстве? С западными (восточными) «партнерами», расширяющими свое жизненное пространство за счет нашего? С местными элитами, ориентированными на отрыв своих стран от России? И это, конечно, тоже, но самое главное, мы боремся с навязанным и якобы «нашим собственным» представлением о России. Да, именно оно — наш главный противник.

В следующем году будет 30 лет распада СССР, и до сих пор многие считают произошедшее благом. Появилась самостоятельная Россия — без протухшей коммунистической иделогии, с различными свободами (веры, слова, предпринимательства, путешествий по миру). Да, в 90-е годы было тяжело.

Зато потом страна постепенно вылезла из ямы, теперь у нас сильное российское государство, а что окраины разбежались, так оно и к лучшему. Украину, конечно, жалко, но с остальными никаких сантиментов быть не должно, только баш на баш, ничего личного. Подобные представления о Российской Федерации как о «настоящей» России довольно распространены, но глубоко ошибочны.

«Настоящая» Россия распалась в 1991 году — и все последующие проблемы как в России, так и на постсоветском пространстве это лишь следствие этого распада. Да, в 1991-м Россия называлась СССР и в ней было немало не очень справедливого по отношению к русскому народу, но это было построенное русскими государство. Построенное за тысячу лет исторического пути, в ходе которого русские расселились на тысячи километров на восток, север и юг.

Россия никогда не была колониальной империей, расширение территории и присоединение (гораздо реже — завоевание) других народов было объективным процессом роста русского народа и его государства. Входившие в Россию народы сохраняли свои земли, культуру и уклад — и огромное евразийское государство обеспечивало им и мирную жизнь (делая невозможными войны с соседями), и прогресс.

Распад СССР был не просто геополитической катастрофой, в первую очередь он был трагедией как для русского народа (ставшего разделенным — и это не говоря уже о миллионах беженцев и переселенцев), так и для практически всех народов большой, исторической России.

«Все колониальные империи распадаются», — утешали нас либералы-западники, пришедшие к власти в 90-х, сознательно или по невежеству сравнивая Россию — СССР с обладавшими заморскими территориями Британской или Французской империями, а не с Китаем, многонациональным и растущим, как и Россия, вширь. Развивайте свою Российскую Федерацию — и успокойтесь уже, говорили нам. И это было бессовестной ложью.

Потому что Российская Федерация не может развиваться сама по себе — она лишь часть исторической России. Можно, конечно, отказаться от своей истории, но тогда нет ответа на вопрос, почему Украина, то есть то, откуда и началась Русь, может быть независимым государством, а Дагестан или Дальний Восток не могут. У нынешней России в виде Российской Федерации просто нет выбора: она может быть или полноценным продолжением исторической России — СССР, или не быть вообще.

И это никакой не реваншизм, а просто понимание законов русской истории. Это наш долг перед предками и потомками, это нужно нам самим — тем, кто ощущает свою принадлежность к русской цивилизации, русской истории, русскому народу. Да и всем тем народам, которые связали свою судьбу с русскими и их государством вне зависимости от того, где они оказались сейчас, в составе России или в виде независимых государств.

Независимых, конечно, в кавычках, потому что весь опыт постсоветской истории показывает, что никакого успешного самостоятельного госстроительства у бывших советских республик не получается. Прибалтика стала частью Евросоюза, то есть просто поменяла свою геополитическую принадлежность. Украина, как и Молдавия, зависли между Россией и Западом.

Закавказье с его многонациональным составом и территориальными спорами живет в ситуации отложенного конфликта и жажды реванша. И, как мы видим сейчас в Карабахе, замороженный конфликт в любой момент может разгореться в полноценную войну. Выпихнутая из СССР Средняя Азия дает примеры стран, замкнутых на единоличного лидера (чаще всего отца-основателя государства), или эфемерных неустойчивых образований вроде Киргизии.

Конкретные причины неуспешности бывших советских республик во многом различны, но едины в главном. Отсутствие опыта государственного строительства, который не приобретается просто так, а является естественным качеством и следствием исторического пути того или иного народа.

Даже успешные государства вроде Белоруссии или Казахстана не застрахованы от серьезнейших кризисов — причем внешние происки тут играют меньшую роль, чем внутренние проблемы (усталость от отца-основателя или его смерть). Национальные элиты могут быть сколько угодно замкнуты в себе, ориентированы на Россию или, наоборот, на бегство от России, но по большому счету все держится на единоличном авторитетном лидере, после ухода которого государства становятся уязвимыми.

Причем несостоявшиеся государства рискуют погрязнуть как во внутренней смуте, так и в конфликтах с соседями (и Карабах здесь только один, хотя и самый яркий пример). Перед постсоветскими республиками стоит простой выбор — закрепиться в орбите России и строить вместе с ней единое геополитическое пространство, то есть региональный союз (экономический и военный), или поддаться на внешние соблазны и поменять геополитическую ориентацию.

Проблема лишь в том, что во втором случае у них не только не появится никакой субьектности и самостоятельности, но и вырастет риск конфликтов с соседями или даже распада.

А у России, по сути, нет выбора: нам нужно собирать, восстанавливать свое пространство, возвращаться на столбовую дорогу русской истории. Именно этим и занимается уже долгие годы Владимир Путин и его соратники — без излишнего пиара и шума. Евразийский экономический союз и ОДКБ являются инструментами подобного собирания утраченного — не случайно как раз предполагаемый разворот Украины от ЕС к Евразийскому союзу в конце 2013 года вызвал такую жесткую реакцию Запада и евроориентированных украинских элит.

Понятно, что вытеснение России из постсоветского пространства остается важнейшей задачей для атлантистов, но это естественное продолжение многовековой политики сдерживания России и никоим образом не может повлиять на наши планы. Наоборот — именно понимание нами невозможности ухода из постсоветского пространства, то есть отказа от исторической России, является фундаментом всей нашей геополитической стратегии, да и вообще стратегии жизни русской цивилизации как таковой.

Но и для народов бывшего СССР ориентация на Россию является единственно возможной формой успешного будущего — в противном случае они погрязнут в межгосударственных конфликтах, междоусобных войнах или будут превращены в заградительные валы против «московской экспансии».

Русские не для того тысячу лет строили свое государство, чтобы не суметь — не в первый раз — воссоздать, собрать его из того, что нашим противникам казалось осколками. И не одного такого противника Россия уже пережила — нет сомнений, что переживет и нынешних. Выправив вывих русской истории.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.

Будь в курсе всех новостей в Молдове и мире! Подпишись на наш канал в Telegram>>>

Смотрите Video и слушайте Radio Sputnik Moldova

Источник

Похожие статьи

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Кнопка «Наверх»
Закрыть
Закрыть